Художественная литература
Николай Беляев. Сборник книг
Часто попаданцы отлично осведомлены о мире, в который попадают. Но представьте, что отправившаяся в разведку группа бойцов Красной Армии после взрыва попадает... куда? В ад... или просто в другой мир?
Шпионы и все остальные - Серия книг
В бурлящем котле криминальной жизни Тиходонска всплывает новая «серия»: убийства владельцев дорогих автомобилей, которые, при этом, не угоняют. Криминальный «почерк» выдает женскую руку, и уголовный розыск начинает отработку девушек легкого и полулегкого поведения, в число которых неожиданно, но закономерно, попадает молодая жена начальника УР Коренева.
Андрей Бондаренко. Сборник книг
Егор был профессиональным военным. Жил в России, пусть не слишком счастливо, зато – наслаждаясь благами XXI века. Но однажды ему предложили высокооплачиваемый контракт. Долгосрочный, на пять лет. На охрану первого лица государства. Царя Всея Руси Петра Алексеевича Романова.
Whatsawhizzer. Моя жизнь в подземелье: Восхождение гарема рабов
Вы уверены, что хотите отправиться в другой мир? Да. Сказал я вслух, когда щелкнул на кнопку, — Давай продолжим. Мгновение спустя меня окружил белый свет, и мир вокруг меня исчез.
В. Шлифовальщик. Сборник книг
Провинциальный журналист приехал на симпозиум, посвящённый засилью автомобилей в городах. Там он знакомится с сумасшедшим гением, который предлагает странное решение проблемы с помощью новой точной науки…
Валерий Пылаев. Цикл - Горчаков
Я в больнице – это понятно. В отдельной палате. И не обычной, а явно рассчитанной на тех, кого принято называть «особо важными персонами». Секс-бомба Татьяна, похоже, идет ко всей этой медицинской роскоши в комплекте, да и сама Ольга Михайловна выглядит слишком важной птицей, чтобы лично проведывать кого попало.
Антологии - Серия книг
Принято считать, что эксперименты в истории невозможны, потому что их нельзя повторить. И вообще, история не знает сослагательного наклонения. А если все же попробовать? Впрочем, вполне возможно, что перед нами предстанут не разные ветви и варианты одной-единственной истории, а бесконечное множество историй принципиально разных.
